Соло пишет к стихотворениям других поэтов
захожу только через VPN
ПИРАТЫ СПИРАТИЛИ КАТЕР
Пираты спиратили катер...
Размах небольшой для сюжета.
Проплыл мимо гопников лайнер
с улыбчивой маской привета.
Пиратской бравады источник
осел у ближайшей таверны.
В момент прокутив катерочек,
решили бандиты — неверно
по зёрнышку счастье клевать им.
Кораблику крупных размеров
охрана нужна… Очень кстати.
23 Ночной неон
НОЧЬ СИЯЕТ
Звёзды падают, перегорают,
но рождаются тут же новые.
Пролетая по звёздному раю,
неминуемо станут нотами.
Влиться в музыку сфер космических -
обязательное условие.
Дело в качестве,
не в количестве...
Звёзды все до одной толковые.
Город мой имитатор тот ещё.
Бестолково неоном светится.
Ночь сияет,
но спит народище,
городской избегая серости.
СТОП-СИГНАЛ
Скажешь слово — услышишь десять.
Промолчишь — звякнет где-то пять...
Стоп-сигналом уравновешен
мир, где все сговорясь шумят.
Может тот, кто несётся следом,
«стоп» заметив, притормозит...
и мигающим вспышкам света
будет нечего возразить.
ДУЭЛЬ
Вызов летит перчаткой в лицо.
Не избежать дуэли.
Нежная леди в роли бойца...
Шпаги, кинжалы, стрелы
слов ядовитых...
Выбор богат,
если поднять перчатку.
Нужно ли даму вооружать,
чтобы внушить отвагу?
Вызов летит...
Нельзя развернуть
и возвратить владельцу.
Мудрая леди выберет путь
женственного кокетства.
бонус 2 — Есть в светлости осенних вечеров /Федор Тютчев/
осенний вечер
тёмный багрянец листьев
предчувствие бурь
спасибо)
20. Пингвины поют [c]нежный рэп
ХОЧУ НА ПОЛЮС
Хочу на полюс, где снег и льдины,
где светит солнце и день, и ночь.
Полгода — лето… Поют пингвины
и не желают судьбы иной.
Согреться можно от слова «южный»
и ярким светом хрустальных гор.
Хочу на полюс! Мне очень нужно
рычаг земли рассмотреть в упор.
На добродушных пингвиньих лицах
лукавство тихо отводит взгляд.
Известно что-то забавным птицам...
С секретной точки не улетят.
Кругами ходят вокруг вселенной
и ловко дёргают за рычаг.
Вдали охраной стоят тюлени,
но не поют в унисон… молчат.
19. Громкий крик в темноте
ОТТОГО
Вылетая из недр бирюзовых,
из небесных возвышенных тем,
солнце к вечеру станет пунцовым
и нырнёт в горизонтную тень,
нас забыв и оставив на месте.
Романтично приблизится ночь
в теме лунной...
Но мы куролесить
или просто беситься начнём
оттого, что оставлены светом,
оттого, что страшна темнота...
Не до слов,
если мысли секретно
будут тени тянуть до утра.
18. Шопинга губительная страсть
МИР ИДЕАЛЬНЫХ ВЕЩЕЙ (11 букв М)
Мир идеальных вещей
сложен из кубиков счастья,
не совместимый ни с чем
клад позитива и страсти.
Мимо волшебных зеркал
можно мелькать бесконечно.
Знает, кто в них исчезал -
выход вовне засекречен.
Шёпот таинственных штор
тянет в примерочный омут.
Выйдешь...
узнает ли кто?
Нужно добраться до дома
и на покупку взглянуть
в свете реальных тенденций,
чтобы сказать — ну и ну...
кто мне внушил так одеться?
МОЗАИЧНЫЕ УЗОРЫ
В причудливости гибких линий
угадываются цветы,
деревья...
В сплетениях дивных
увидеть возможно плоды,
и птиц, и зверей,
солнце, лето...
Орнамент вместил бы весь мир,
но кружит над ним белый лебедь...
Художник не смог обрамИть
свободную светлую птицу,
в гармонию линий вписать.
Восточных узоров границы
не в силах вместить небеса.
НА КОНЧИКЕ ИГЛЫ (акростих)
Нет у бессмертия знаков и дат.
Абрис её мне напомнил иглу.
Кажется, тянется жизнь в никуда,
Остроконечно стремится к нулю.
Новости дня и секунд мотыльки
Что-то щебечут пустое, своё.
Им невдомёк, что века глубоки.
Кадр или вечность… не всё ли равно?
Если порхание вдруг надоест
И станет скучно мгновеньем рулить,
Глупо не знать, что последует месть -
Лёгкий укол бесконечной иглЫ...
бонус 2 — Сыплет дождик большие горошины /Николай Заболоцкий/
в царстве тумана
вспыхнула орешина
конец сентября
15. На бельевой веревке сохнет
свежевыстиранная рубашка
НЕИЗВЕСТНОСТЬ
Неизвестность пахнет чистотою
незапятнанных,
непрожитых минут.
Кто-то назовёт её мечтою,
тени домыслов пока не упадут
на поверхность белоснежных далей,
где никто не оставлял ещё следы.
Незапятнанное нужно ли крахмалить,
пропустив сквозь клокотание воды?
Неизвестность недоступна.
На верёвке
унижения не нужно ей терпеть,
высыхая на ветру и солнцепёке...
Пахнуть свежестью положено мечте.
14. Бабушкин сундук
БЕГСТВО
Где-то звезда уснула.
Выключился портал
и замолчало слово,
тихо уйдя в астрал.
Мимо истоков детства
взрослая жизнь спешит.
Бег так похож на бегство
в каменность шалашей,
в узость оконных рамок,
в скупость дверных замков...
Мимо дверей сезамов
катится плотный ком,
вес набирая,
скорость,
пыль захватив дорог...
Скромно стоит за шторой
древний сундук — знаток
многих миров,
хранитель
тайны моей звезды.
Надпись всё та ж — «войдите»...
Только мне нет нужды.
13. Афродита вышла из пива
МОРСКАЯ СУТЬ
Фантазии роятся мыльной пеной
и лопаются тут же на глазах.
По кафелю скользят идеи,
темы...
Пора из тёплой ванны вылезать.
Явлением душистой афродиты
столовую давно не удивишь.
Привычны ежедневные визиты.
Горячий кофе — жест и знак любви.
В жемчужной пенке золотится осень.
Вдыхаю аромат её волос.
Выходит и расчёсывает косы.
А может это снова я...
вопрос.
В объятия дневные вовлекаясь,
ищу среду, где кружева плетут
из пенистых волокон.
Суть морская
лишь в пузырьках находит красоту.
ГРАНИТНАЯ БОГЕМА
Для статуи неважно время
и суета мирских проблем.
Стоит гранитная богема,
гордясь бессмертным бытием.
В скрижалях каменного сердца
нет ни намёка на любовь,
и размягчить его нет средства...
Взгляд изваяния суров.
Мелькают дни,
чернеют ночи,
листая звёздный гороскоп.
Но монумент не озабочен
пророчеством.
Как истый сноб,
великолепен и пассивен,
и сам себе извечный бог...
Гранитный камень рапакиви
сыпучий пишет эпилог.
11. Укол в сердце
НА ГРАНИЦЕ ВДОХНОВЕНИЯ И СЛОВА
На границе вдохновения и слова
балансирую,
боясь сорваться вниз,
где, возможно, есть опора и основа...
Но прислушиваюсь к стойкому «держись».
Грубость ранит,
равнодушье убивает,
лесть похожа на укус больной змеи.
Собираются они в большие стаи,
умножая силы...
Мир не изменить.
Под защитою руки хранится сердце
от уколов ядовитых, едких слов,
не предвидящих опасности последствий...
Не бывает у открытых ран рубцов.
бонус 2 — Выйди в сад… Как погода ясна! /Игорь Северянин/
стыдлива осень
румянцем покрылся сад
призывны плоды
КЛИШЕ
Солнечное затмение
снова в моей душе.
Образы по течению
мимо плывут...
Клише -
райские кущи, яблоня,
хитрый ползучий змей...
Снова настигла фабула
мифа, где нет идей.
Слово «соблазн» наполнено
знаковым смыслом — «ешь».
В центре стоит безволие
и пищевой мятеж.
Яблоко сочной мякотью
манит нас до сих пор,
образ навек заякорив...
Змей, как всегда, хитёр.
НАПИШИ МНЕ ПИСЬМО
Напиши мне письмо на бумаге,
запечатай его сургучом.
Пусть словам о любви в полумраке
станет родственно и горячо.
Ароматом чернил наполняясь,
лист изменит нетронутый стиль -
белый цвет оставляя у края,
предоставит для строчек пути.
Будет искренность слов очевидна
на волнительных линиях букв.
Запечатай на воске пчелином
и кольцом зафиксируй судьбу.
8. Вихри срывают крыши
ИДЁТ ЗА МНОЮ
Идёт он за мною следом,
нисколько не отступая.
И где наступил — согретым
становится место, раем.
А я продолжаю холод
и зной измерять шагами.
За городом строю город,
и каменными стенами
спешу окружить постройки.
До неба тяну их, выше...
Привычное дело — строить,
а после накрыть всё крышей
и дальше идти.
Он — следом...
Реальный, неповторимый,
наполненный тёплым светом,
мой мир...
Словно пилигримы,
проходим каскад построек.
Неважно что с ними будет.
Оглядываться не стоит,
смотреть как их сносят бури.