Мокрая шуба

Сказка / 

 

Читателей: 12

Инфо

Земля застыла в раскалённом оцепенении. Время года здесь давно стало бессмысленным понятием — мы жили на планете, где в самых «холодных» её уголках, на Северном полюсе или в заснеженной когда-то Антарктиде, термометры застенчиво показывали минимум +30 °C. О районе экватора не вспоминали: там царил настоящий ад, превративший огромные материки в обугленные, непригодные для жизни пустоши.

Мы с парнями были архивными археологами. Наша работа заключалась в том, чтобы погружаться в душные подземные бункеры и выуживать из умирающих цифровых накопителей призраков прошлого.

— Это ещё что за дичь? — проворчал Кай, прищурившись. — Сетевое творчество древних затейников?

— Или очередной глюк повреждённого сектора, — отозвался Лим.

Я пригляделся к мерцающему экрану, который мы только что запустили, подсоединив портативный генератор к полусгнившему древнему серверу. С монитора на нас смотрело странное, полотно неизвестного цифрового художника.

На верхнем плане в полумраке стояла женщина в странном старинном платье. В руках она держала увесистый ковш с расплавленным металлом — оловом или свинцом — и осторожно лила его в деревянную бадью. Всё это происходило на фоне огромного, дымящего завода с вереницей высоких труб, рвущих блёклое небо. Вокруг сооружения смутно угадывались фигуры людей, но ближе всего к женщине стояла троица: два человека в серых одеяниях словно вели под руки третьего, чей силуэт казался болезненно обмякшим.

А на нижнем поле картины расположился иной сюжет: кашляющий человек, укутанный по самые глаза, и фантасмагоричный зимний пейзаж, выписанный чёткими кристаллами льда.

Мы знали из хроник, что когда-то на Земле существовала так называемая «зима», а температура опускалась значительно ниже нуля. Но поверить в это было почти невозможно. Идея о том, что вода может превращаться в твёрдый камень прямо в воздухе, казалась красивой сказкой.

— Что автор хотел этим сказать? — развёл руками Лим. — Символ ушедшей эпохи?

— Для нас это просто очередной фрагмент вымышленного будущего, которое они себе воображали, — пожал плечами Кай.

И всё же картина дышала непонятной, липкой тоской. Чтобы разрядить атмосфеpy и вытащить учеников из уныния, я снисходительно ухмыльнулся.

— А знаете, господа археологи, как продержаться час в открытой пустыне при плюс шестидесяти без машины и специального скафандра охлаждения?

Коллеги посмотрели на меня как на сумасшедшего.

— Старче, ты опять за свои небылицы? — фыркнул Кай. — Давай лучше код расшифровывать, пока сервер не сгорел.

— Способ верный, проверенный, — не унимался я. — Нам, господа копатели, первым делом понадобится шуба.

— Шуба? — переспросили они в один голос.

— Что ещё за шуба? — нахмурился Лим.

Я вздохнул, вспомнил их юный возраст и то, что они попали ко мне прямо из Академии. Эскимосов они не раскапывали и о древнем быте знали только по коротким справкам.

— Шуба, — начал я терпеливо рассуждать, — это такая верхняя одежда, которую древние шили из шкур меховых млекопитающих, выворачивая их ворсом наружу. Она закрывала всё тело от головы до колен и помогала людям не замерзнуть насмерть в их дикие минусовые зимы.

— Неслыханно! Бред какой-то, — закрутил головой Кай. — Из кого её шить-то?

Их недоверие можно было понять. Из млекопитающих на Земле остались разве что крысы да кошки. Кошки за века эволюционной жары окончательно облысели и стали похожи на сморщенные кожаные мешки. А крысы измельчали до размеров трёхсантиметровых тараканов с шерстью, видимой разве что под микроскопом. Чтобы сшить одежду из таких «зверей», пришлось бы истребить миллион особей, а получившаяся прослойка была бы тоньше паутины.

— Всё так, — успокоил я их. — Настоящего меха давно нет. Но древние были ребятами хитроумными. Они изобрели синтетические аналоги. По своим свойствам искусственный мех даже превосходил натуральный. И, представьте себе, некоторые умельцы до сих пор делают такие шубы на заказ в подпольных мастерских.

— И кто их покупает? — расхохотался Лим. — Это же готовый наряд для суицидника! Надел, вышел на улицу — и через минуту спекся от теплового удара!

— Эх, зелень... Ничего-то вы в физике и древних технологиях выживания не смыслите, — с гордостью выпятил я грудь. — Я лично в такой штуке провёл три часа в самом пепле полуденной пустыни и вернулся живым и невредимым.

Ребята переглянулись, уже с интересом ожидая развязки.

— Секрет прост, — продолжил я. — Берешь искусственную шубу с густым, плотным ворсом. Выворачиваешь её наизнанку, чтобы мех оказался внутри. Обильно погружаешь её в воду, даёшь слегка стечь, а затем надеваешь прямо на голое тело. Сверху плотно укутываешься отражающей термофольгой.

Ученики слушали, открыв рты.

— И что происходит? — тихо спросил Кай.

— А происходит физика. Плотный мокрый мех удерживает огромный объём влаги. Постепенно испаряясь от тепла твоего тела, вода создаёт внутри этого «скафандра» идеальный микроклимат. Ты ощущаешь приятную, почти нереальную прохладу, пока снаружи плавятся камни. И пока шуба остаётся влажной, ты будешь жить там, где любой другой сгорит за пять минут.

Лим уважительно цокнул языком, а Кай почесал затылок:

— Надо же... Мокрая шуба в пустыне. Кто бы мог подумать.

— Ладно, развлечение окончено, — я похлопал их по плечам. — Возвращаемся к артефакту. Надо докопаться, что за драму изобразил автор на этой картине. Давайте ускоримся, господа: завтра Новый 2325 год. Пора сворачивать раскопки и отправляться на верхние уровни — праздновать и отрываться по полной!